Вопиющий случай, приключившийся со мной на днях на работе, замечательно демонстрирует подход к труду и перегибы в тех местах, где оно не требуется. Даже такой педант как я, эталонно выпал в прострацию, не говоря уже о коллегах и начальстве.

Вопиющий случай

Довелось мне ввязаться в одну работёнку, которая сама по себе очень интересная, но довольно сложная и имеющая элемент неожиданности. Заключается она в проектировании 3D-моделей различных деталей для станков с ЧПУ, которые имеются у нас в цехах. Как правило, эту работу организовывают, когда сталкиваются с особенно отмороженными, отбитыми и упоротыми сложными деталями из славного прошлого: со всякими роторами, радиаторами, корпусами, изготовленными методом литья (при переводе их на фрезерные станки). С деталями, над чертежами которых можно сидеть неделю — и всё равно не понять, что там изображено. Мне доводилось делать модели, которые были старше меня в полтора-два раза!

И всегда есть элемент русской рулетки: с первого взгляда на чертёж ещё сложно понять, с какой стороны вообще браться за работу, и будет ли деталь сложная, или нет. В этот раз попалась довольно сложная. С деталями, которые изначально в советские времена делались в специальных формах литьём всегда много проблем. При переводе их на фрезерный тип производства на других станках нужно учесть множество мелких факторов.

Я делал модель день или полтора, в процессе возникли несколько вопросов: зачастую не всё то, что выполнимо в литье, может быть сделано на станке с ЧПУ, требуются доработки и упрощения. Моя работа была направлена технологам в цех, которые в принципе дали добро, но для уверенности решили отослать модель на другой завод, где она делалась сто лет назад для контроля. Вот здесь и началась веселуха.

Дня через два я получил феерическое письмо, в котором в 15 пунктах подробно расписывалось, как надо было бы сделать эту деталь по правилам “хорошего тона” — и ни одного пункта по сформулированным вопросам.

Вот в этом всё: тебе будут говорить, что сперва надо было сделать круглый вырез, а потом квадратный, что сперва надо было рисовать левый глаз, а потом правый, что по правилам “хорошего тона” надо делать гравировку в последний момент, а не в середине (хотя модели и уж тем более станку пофиг — это совершенно другие операции, которые делает другой цех). Начинают копаться в дереве построения, вместо того, чтобы отвечать на поставленный вопрос, изображать деятельность, вместо того, чтобы делать.

Ни один из моих коллег вообще не понял, что это было. Для справки: дерево построения модели, по аналогии со слоями в фотошопе, не влияет на финальный результат. Модель делается так, как её видит конструктор, и именно в той последовательности, в которой он начал понимать чертёж, проникая в хитросплетения линий. Возникает вопрос: откуда вообще в людях столько пассивной агрессии?

(Visited 1 times, 1 visits today)